Одним чудесным морозным утром, когда красное солнце уже смотрит на мир с высоты ясного неба, я гуляю по развалинам старой церкви на заснеженной опушке леса. Крупные хлопья снега осторожно ложаться на мою куртку и ресницы. Когда я подхожу к покатому обрыву холма, на который выходит эта опушка, я могу созерцать необозримые белоснежные поля. Белизна этих полей и синева небес ослепляют.
Почти у самого склона холма угнездился с десяток деревянных домиков, кажущихся отсюда такими маленькими, как будто они лежат у меня на ладони. Из труб нескольких домиков струятся ввысь тонкие дымные столбики, а крыши их заботливо укрыты белым одеялом ночного снегопада. Чуть поодаль от деревеньки скромно стоит маленькая белокаменная церквушка, которая почти слилась с этим необыкновенным снежным покровом, если бы не её золотая луковка купола, которая блестит на солнце, и наверное, имеет намерение ослепить меня своими солнечными зайчиками.
Воздух так удивительно чист, свеж и прозрачен, мне даже немного трудно дышать - не привык я к такому чистому воздуху. Где-то внизу лает пёс, и воздух как-то удивительно звенит и как будто вторит лаю. Я хочу надышаться этим воздухом, потому что больше нигде, нигде в своей жизни не смогу я найти такого свежего и чистого воздуха. Я хочу смотреть на этот сказочный пейзаж, на эти манящие к себе развалины старой церкви, и на это солнце, красное и такое большое... Как будто, у меня в городе оно светит как-то не так, не уделяет мне столько света... Я выдыхаю облако тёплого пара, чтобы вобрать в себя ещё больше этого драгоценного воздуха, зажмуриваю глаза... И просыпаюсь у себя в квартире.
Этот сон я запомню, наверное, на всю свою жизнь. Мне кажется, любой городской житель мечтает вырваться из этой суеты и уехать хотя бы на несколько дней в такой чудесный край. Я, к величайшему сожалению, наверное, никогда не смогу уехать в такое же место, так что я решил во что бы то ни стало воспроизвести это чудесное место хотя бы на компьютере, на движке первой халф-лайф.